Главная Общество Всем бедам вопреки

Всем бедам вопреки

1 ноября 2021

Улица Набережная села Айкино – безмолвный свидетель страшных событий, одно из тех мест, куда в 1930-1940 годы XX века свозили неугодных стране людей. В их числе была и семья Эрнста Артуровича Гирнинг.

Не сотрутся из памяти
страшные картины

В довоенное время родители Эрнста Артуровича – Артур Яковлевич и Луиза Генриховна, жили в селе Александргильф Одесской области. Это было немецкое поселение, в котором в основном проживали чистокровные немцы, предки которых попали на эту территорию еще во времена масштабного переселения при Екатерине II.

Семья жила дружно, вскоре появились дети: три сына и дочь. Луиза Генриховна вела хозяйство и растила детей, Артур Яковлевич работал в пекарне. С началом Великой Отечественной войны, в период немецкой оккупации Одесской области, третьему сыну семьи Гирнинг – Эрнсту, шел третий годик. Совсем несмышленый возраст, но как бы удивительно это ни звучало, некоторые моменты тех событий он до сих пор отчетливо помнит: «Хорошо помню, как нашего отца забрали в трудовую армию, это был 1942 год. Туда он так и не доехал, их эшелон по дороге разбомбили, отцу посчастливилось уцелеть, но он тут же попал в плен. Долгие годы мы были в неведении: жив ли наш папа, все ли с ним в порядке, увидимся ли мы снова…» Парадоксальная ситуация: немцы брали в плен немцев! Казалось бы, представители одной нации должны проявлять солидарность, но для выходцев из Германии «русские немцы» являлись людьми второго сорта, их называли «russische schweine» («русские свиньи»).

К началу 1944 года всех оставшихся жителей села Александргильф немцы погнали этапом в Польшу. Среди них была и Луиза Генриховна Гирнинг вместе с четырьмя детьми и родной сестрой Бертой, которая очень ей помогала. «По прибытию в Польшу нас расселили по лагерям. Никогда не сотрутся из памяти страшные картины: колючая проволока, повсюду охрана и строгий приказ не подходить к окнам под угрозой немедленного расстрела! Хоть и сам я по происхождению немец, но тех людей иначе как фашистами назвать не могу!» – с надрывом в голосе вспоминает Эрнст Артурович. Каждый день были проверки на наличие заболевших, чтобы не допустить возникновения эпидемий в лагерях. Маленькая сестренка Эрна часто болела ангиной, и старший брат Виктор всегда прикрывал ее собой, чтобы ее не заметили и не забрали.

В лагере семья Гирнинг провела чуть меньше года, всех пленников освободили американские войска. Эрнсту Артуровичу вспоминается тот судьбоносный день: «Каждое утро нас выводили на проверку, но в этот день никто не пришел. Повсюду тишина. Один старичок осмелился мельком взглянуть в запретное окно и увидел пустые вышки. Затем открылись ворота и вошли американцы, указав нам на выход. Мы все быстро рванули кто куда!  Выбравшись с территории лагеря, матери сказали, что примерно в 15 км от места есть железная дорога, где формируют составы для отправки в СССР».

Вот она – долгожданная свобода, но снова на участь семьи выпадают тяжелые испытания. От ангины умирает младший сын. А старшего в своем винном погребе удерживает один из местных жителей, чтобы использовать его как рабочую силу. По счастливому стечению обстоятельств семья Гирнинг встречает русскую разведку, после недолгих объяснений разведчики быстро устраивают шок-допрос – ставят поляка к стене и дают автоматную очередь поверх головы. Сына удалось освободить, и семья Гирнинг убегает от мести несостоявшегося рабовладельца окольными путями, петляя и запутывая следы. Измотанные от усталости и страха они, наконец, доходят до железнодорожной станции. Эрнст Артурович вспоминает: «Народу там было видимо-невидимо… Это были пленники всех освобожденных лагерей». И только спустя много лет они узнают, что на той самой станции в бесчисленном людском потоке были их родные  – две бабушки – матери Артура Яковлевича и Луизы Генриховны. И сам Артур Яковлевич! Отец, которого семья не видела несколько лет, как оказалось, жил с ними в одном лагере, в соседнем бараке! Вот такие превратности судьбы! Находясь совсем близко друг от друга, их пути расходятся вновь… Работоспособных мужчин американцы отправили в Италию. Всех остальных назад, в СССР.

Со слезами на глазах Эрнст Артурович вспоминает отца: «Мой папа был очень добрым, совсем неконфликтным человеком, справедливым и участливым. За всю свою жизнь никогда никого не обидел ни словом, ни делом. Но после событий, произошедших с ним в Италии, его альтруистические принципы надломились. Пытки со стороны надзирателей навсегда врезались в его память. Одним из таких ужасающих эпизодов стал день, когда  во время очередных трудовых будней он застал такую картину: чернокожий надзиратель бросил сигару, а его товарищ потянулся за ней и тут же надзиратель ступил на его кисть своим тяжеленным сапогом с железными подковами, в результате вытащил руку с оголенными фалангами».

И таких страшных моментов в памяти Артура Яковлевича бесчисленное количество, но все он хранил в себе. Было и несколько безуспешных попыток бегства. Вернуться в СССР получилось только после исторической встречи на Эльбе, когда было принято решение отпустить всех пленных мужчин. Артура Яковлевича Гирнинг как лицо немецкой национальности, освобожденного из плена, отправили на далекий север, в Коми АССР, вновь в качестве рабочей силы на лесозаготовки в Межогский лесопункт…

С железнодорожной польской станции Луизу Генриховну вместе с сестрой и детьми отправили не домой, в Одесскую область, а снова в ссылку – в Ахтюбинскую область Казахстана. Как спецпереселенцы они были обязаны ежемесячно отмечаться. По приезду женщин сразу определили на работу в Хобдинский мясосовхоз. В Казахстане у хлебнувшей горя семьи начинаются самые тяжелые и голодные времена. «Из еды было только молоко. Как выжили, сейчас не представляю! Только благодаря маме. Она была кулинарным виртуозом, способной из ничего сделать гастрономический шедевр!» –  с теплотой вспоминает Эрнст Артурович. Женщина научилась делать из молока различные виды сыра. Казахи, видя ее кулинарный талант, просили готовить для них выпечку. Оставшуюся еду она отдавала домочадцам, этим и спаслись. В 1948 году с Луизой Генриховной произошел несчастный случай, последствия которого навсегда пошатнули ее здоровье: во время заготовки сена она упала со скирда на рожковые вилы животом, но осталась жива. Позже старший сын (тот самый, которого семья спасла из польского плена) попадал под сенокосилку, ему чудом не перерезало сухожилия и он не стал инвалидом.

В этот трудный для семьи период Эрнсту предложили работу – пасти телят. Все лето под командованием 8-летнего мальчишки было целых 168 голов! «Волков там было немерено! Но, видимо, я родился под счастливой звездой, как говорят, за все время моей работы пастухом не пострадал ни я, ни один теленок!» – говорит Эрнст Артурович. – Я рос хиленьким, но очень шустрым пареньком. Пасти такое большое стадо, конечно, уставал… Пользовался моментом, когда животные ложились отдохнуть, отдыхал вместе с ними, наматывая на руку хвост одного из телят, чтобы в случае опасности быстро проснуться. Один раз я так перепугался, что не отпустил хвост, пока не добежал до дома. От полученного стресса упал в обморок и пришел в себя лишь через несколько часов».

 

Воссоединение семьи Гирнинг

В 1949 году в жизни семьи Гирнинг наконец-то наступает светлый период, они узнают, что Артур Яковлевич жив! Началась переписка, Луиза Генриховна обратилась в комендатуру с просьбой  разрешить всей семье переехать к мужу. Согласие было получено, и в августе 1950 года, спустя долгие годы, семья, наконец, воссоединилась. В то время Артур Яковлевич трудился на валке леса и считался одним из самых лучших вальщиков, постоянно перевыполнял план. Позже его перевели в Айкинский ДОК (в то время МЕСТПРОМ – местная промышленность). «Мы начали ходить в школу, старший брат устроился на работу, но становиться на ноги было очень тяжело, – продолжает рассказ Эрнст Артурович. – Уже здесь, в Коми, появились на свет еще трое братьев – Артур, Альберт и Роберт. Отец днем и ночью работал, без сна и отдыха, не поднимая головы, чтобы прокормить большую семью. Он был невероятным трудягой! Не боялся никакой работы. Директором комбината в то время был очень хороший и порядочный человек – Николай Яковлевич Карпов. Он ценил Артура Яковлевича как работника, но поощрить его не имел права. По закону, лицо немецкой национальности не имело право на награду, какой бы вклад в развитие промышленности не внесло. Советское правительство сделало слова «немец» и «фашист» синонимами, отсюда следовало, что все немцы, проживающие на территории СССР, автоматически считались врагами народа. Но только не для народа Коми! Местные жители охотно помогали всем переселенцам, принимали их как своих. Коми-народ – великий народ! Народ с душой нараспашку. Мы жили очень дружно, в атмосфере всеобщего доверия и даже дверь запирать на замок нужды не было».

До 1956 года все члены семьи Гирнинг ежемесячно продолжали  отмечаться. Со временем с депортированных народов начали снимать ограничения и даже возвращать автономии, но немцы в этих списках были одними из последних. Лишь в 1972 году с них полностью будет снят статус «вечной ссылки»…

Луиза Генриховна ушла из жизни в 66 лет, Артур Яковлевич прожил до 83-х. Люди с такой тяжелой судьбой никогда не жаловались на жизнь, все тяготы переносили стойко и верили только в хорошее! На воспитание детей в то нелегкое время сил практически не оставалось, но личный пример родителей навечно станет жизненным ориентиром для всех продолжателей фамилии Гирнинг.

А сейчас в этой семье подрастает уже пятое поколение! И всеми по-прежнему поддерживается главный семейный принцип: быть всегда вместе и во всем помогать друг другу! Вспоминая прожитые годы, Эрнст Артурович говорит: «Сейчас мне 82 года и, оглядываясь назад, на все жизненные испытания, четко понимаю, что прожил бы свою жизнь заново и ничего не изменил, ведь я имею такую прекрасную семью!»

Слушая воспоминания Эрнста Артуровича, невольно задумываешься о тяжелой судьбе, преследовавшей его семью. Сколько же трагедий и испытаний выпало на их долю!  И, веришь, что у семьи Гирнинг невероятно сильный Ангел-хранитель, который всегда их оберегал и спасал в самых безнадежных ситуациях, предоставляя возможности выхода из тяжелого положения и соединил семью воедино, спустя долгие годы… От всей души желаем этой замечательной семье крепкого здоровья, и пусть славная фамилия Гирнинг еще долго будет на устах у многих поколений!

...Это была история одной из миллионов депортированных семей по национальному признаку, не считая бесчисленного количества тех, кому испортили жизнь и заставили долгие годы сжиматься от чувства страха и чувствовать себя изгоями. Никто и никогда не должен забывать об ужасах того периода, чтобы подобное никогда не повторилось.

АННА БАГАЕВА.

Комментарии (0)


Противодействие коррупции



Фотогалерея
Версия для слабовидящих