Главная Общество Степь да степь кругом

Степь да степь кругом

1 мая 2020

Наш бывший корреспондент и известная в Коми общественница Наталья Савельева в период самоизоляции оказалась в поволжских степях – на небольшой ферме в Калмыкии. Здесь она не только фотографирует степные просторы, но и помогает приютившей ее калмыцкой семье пасти овец и ухаживать за ягнятами. О своем степном образе жизни Наталья Савельева рассказала своим землякам.

 


– Мой отец Иван Савельев всю жизнь посвятил газете «Вперёд» Усть-Вымского района, – рассказала Наталья Савельева. – Двенадцать лет он был редактором. И в этой газете я проработала почти два года. В редакции я просилась ехать куда угодно за материалом – хоть в самую дальнюю деревушку или вообще к черту на кулички. Но потом ветер перемен оптимизировал штатное расписание многих изданий, в том числе и нашей районки. И вот теперь я в Калмыкии.

В начале 2014 года Наталья Савельева вернулась из Сыктывкара в Айкино к матери, чтобы поддержать ее в последние годы жизни. Тогда она устроилась на работу корреспондентом в «папину» газету. Уже после сокращения, в 2018 году, работая в библиотеке районной больницы, она познакомилась с пациентом из Калмыкии и его родителями. Они и пригласили северянку погостить у них. В том же году после смерти матери Наталья покинула родные севера и, получив благословение своих детей, уехала жить в Сочи. Разумеется, про свою родину она не забывает и прошлой весной приехала в родное село, а возвращаться к морю решила через Калмыкию.

– Год назад я впервые гостила у своих калмыцких друзей, – рассказала Наталья. – Это было отличное приключение, заставившее меня полюбить степь всей душой и пожелать вернуться сюда на более длительный срок. И сейчас это удалось.

В этом году, погостив у подруги в Перми, Наталья выехала в Волгоград, откуда калмыцкие друзья забрали ее и на автомобиле отвезли к себе в гости:

– Приехала и застряла из-за карантина. Вот спасаюсь здесь от пандемии. Вся пропахла овцами, дымом кизяка, пылью, вареной бараниной и живыми ягнятами.

Наталья быстро стала своим человеком в семье калмыков. Семья – это пожилые родители и их взрослые дети. Живут они в щитовом домике, облицованном кирпичом. Дом стоит посреди своего рода «ранчо», он достался семье вместе с арендованной землей бывшего совхоза. На участке есть вместительная овчарня, загоны для больших и малых групп овец с малышами. Группа овец и место ее содержания называется сакман. В степи нет проводного электричества и централизованного газоснабжения. Электричество получают от солнечной батареи или от ветряка.

А вечером включают генератор на бензине. Нет и водопровода. Местная природная вода солоноватая и подходит для питья только овцам. Поэтому чистую воду привозят издалека.

Горький запах полыни

Экзотическая красота южной степи мало кого может оставить равнодушным.

– Ночью звезды с кулак, – восторгается северянка. – Луна – как яркий фонарь. Такой я нигде не видела. Дух захватывает от близости и красоты созвездий, знакомых мне со школьной скамьи. А еще простор. Взгляд беспрепятственно скользит по линии горизонта, глаза отдыхают от городских стен и от стоящих зеленой или снежно-белой стеной деревьев. И только теперь я поняла, каков он – запах настоящей полыни. И его действительно трудно забыть, как и саму степь.

С соседями и жителями поселка семья фермера общается редко. Так что можно сказать, что самоизоляция для них привычный образ жизни. И, как отметила Наталья Савельева, в степи можно, не нарушая режима, гулять по всей округе. До всех соседей далеко.

– Мы здесь так хорошо самоизолировались, что гуляем по степным просторам без масок и перчаток день-деньской в отличие от жителей городов, – рассказала женщина. – В поселок Цаган-Аман или райцентр Енотаевского района выезжаем только по необходимости. Это по дороге покруче трассы Париж – Дакар. Здесь в 2012 году пролегал маршрут автопробега «Шелковый путь». Народ до сих пор вспоминает ту оранжевую пылищу, из-за которой уже третьей машины было не различить.

Ягнята-ребята

Впрочем, по словам женщины, гулять особо некогда. Жизнь овцевода тяжела, работа начинается в пять утра и продолжается до восьми вечера. Весной у овцеводов самая трудная пора – массовое рождение ягнят. С раннего утра до позднего вечера отец, сын и хозяйка всего овечьего царства семьи – мама Шура, заняты приемом и размещением овец-мамочек и ягнят. Часто на свет появляются двойни, и порой мать-овца отдает предпочтение более сильному отпрыску, а слабого не желает признавать. Бывает, что ягненок рождается крупный, и овца долго болеет или погибает, и тогда ягнята остаются сиротками.

– Вот таких неприкаянных – слабеньких и осиротевших – решили отдавать мне, авось выживут на искусственном вскармливании, – поделилась Наталья. – Мои ягнята-ребята в основном отказники. У них портится пищеварение от магазинного молока или заменяющих его смесей. Ни коровы, ни козы нет. Животное на руках – невероятно сильное ощущение другой жизни. Даже человеческое дитя, засыпающее на груди, не дает такого яркого чувства. Бывают и счастливые случаи, когда заведомо «нежилец» приходит в норму, и его пристраивают к овце, потерявшей ягненка. Это трудный и деликатный момент: если мать успела обнюхать и облизать своего детеныша, она навсегда запомнит его и с трудом примет чужака. Но и среди овец встречаются матери-героини: очень добрая взрослая матка вдруг сама приняла к своим двоим третьего – сиротку и выхаживала его как родного. Так и бегает эта счастливая троица за своей матерью, и уже не отличить, кто свой, а кто приемный. Только здесь, взяв на руки малыша-ягненка, я ощутила хрупкость крошечного организма и огромную ответственность за него. Увы, далеко не всем своим «отказничкам» я сохранила жизнь, хотя очень старалась. Но те, кто выжил, обрели настоящую «семью»: или добрую мать, или маму с братцем или сестрицей. Либо дружной компанией бегают по двору у родственников семьи, в чьем хозяйстве есть корова. И эти веселые ребятишки быстро растут и превращаются в настоящих красавцев и красавиц – стремительных, стройноногих кудряшей всех мастей с забавными хвостиками, будущими курдючками. Запах ягнят стал почти родным. Так пахнут мои барашки – Ярушки, Умирашки, Розочки и Карлуши. У каждого своя счастливая или печальная история, и она уже – моя.

Наталья рассказала о том, что она хорошо выучила повадки взрослых овец. Овцы породы эдильбай некрасивы, зато проворны и очень ловки. Взрослой овце ничего не стоит с перепугу перепрыгнуть через забор метровой высоты. А молодые овцы порой принимают участие в массовых забегах ягнят, которых хлебом не корми – дай порезвиться вволю:

– Это ребячье племя носится по взгоркам то плотной группой, то вдруг бросается врассыпную, будто из мешка вытряхнули сотню чертенят. Скачущие силуэты на фоне заката – фантастическая картина.

Соленая вода

Помимо заботы о ягнятах женщина взяла на себя помощь в ведении домашнего хозяйства. Вода для овец подается из старого совхозного колодца. Она чистая, но солоноватая. Люди пользуются только привозной «платной» водой. Но и она имеет чуть солоноватый вкус. Объясняется это тем, что в последние годы стало меньше дождей, и запасы пресной воды перестали пополняться. В связи с уменьшением осадков обеднела травой и степь. Хозяин фермы рассказал, что тридцать лет назад здесь трава вырастала по колено. И в степи паслись стада бесчисленных сайгаков, которых истребили в девяностые годы.

С развалом СССР исчезли колхозы, совхозы, перестали обслуживаться источники воды для животных, с линий электропередачи похищены все провода. Так и стоят посреди степи столбы.

– Ветра по весне дуют сумасшедшие, – рассказала Наталья. – В старом совхозном щитовом домике печное отопление. Топливом служит кизяк. Это хорошо утоптанный овцами их собственный навоз. Весной, очищая зимнее помещение овчарни, овцеводы убирают его, разрезая на брикеты, сушат, складывают в пирамиды и заполняют ими «дровяник». Перед использованием эти брикеты нужно еще разбить кувалдой или топором на три-четыре части. Тепла кизяк дает меньше, чем дрова, а золы не в пример больше. И до сих пор обе печи топятся каждый день, а то и два раза в день, все зависит от ветра.

По словам собеседницы, тяжелый деревенский труд знаком ей с детства. Детство, проведенное в селе Айкино, многому научило ее. Частое посещение с отцом деревни Вёздино тоже открыло многие секреты сельской жизни.

По заветам Будды

Наталья Савельева живет в семье, исповедующей буддизм. В спаленке имеется свой «иконостас» с изображениями Будды и святых покровителей членов семьи, подсвечник, набор ароматических палочек.

– Я могу и в буддийском храме молиться, – отметила женщина. – У них соблюдаются религиозные традиции. В поселке есть сквер культуры. Перед ним – ступа, за ней врата в восточном стиле, а там аллея героев войн.

В тех поселках, где удалось побывать Наталье, наряду со светскими учреждениями культуры – домом культуры и библиотекой – существует и буддийский Дом молитвы – хурул. Туда по праздникам приезжает лама и проводит службу. Наталья побывала в хуруле и в небольшом поселке, и в столице Калмыкии – Элисте.

– Несмотря на то что поселковый хурул невелик, а храм в столице огромен, в них обоих присутствует Святой Дух, – отметила она. – Дышится легко, в душе наступает покой, здесь можно отдохнуть. В столичном храме можно заказать соответствующую случаю требу – молебен, записаться на прием к священнику или побывать у астролога, что очень распространено в местной традиции. Вход в храм доступен каждому. На входе в корректной форме изложены правила поведения гостей и прихожан. Например, мужчины и женщины должны снять головной убор и надеть сменную обувь или ставшие привычными бахилы. Так же и в небольших хурулах, обувь остается сразу у входа. Кругом цветы, изображения и скульптуры Будды и святых. Большим событием является прибытие в местный хурул ламы – священника высшего ранга. Авторитет ламы велик.

Наталья в степи почти месяц, но до последнего времени не было дождей. Поэтому очень сухо, растительность скудна, а пасущихся животных много. Это не только овцы, но и полудикие коровы мясных пород, и табуны лошадей.

– Один из наших соседей побогаче пригласил на свою «точку» ламу, чтобы провести молебен о дожде, – рассказала женщина. – И через сутки прошел дождь. Наш участок он задел слегка, а территорию соседа – сильнее. И в последующие дни дважды выпадали пусть незначительные, но осадки. Спасибо, степь. Ты многому научила тех, кто не родился здесь и убедился в том, что у природы нет национальности, и небо везде одно на всех.

АРТУР АРТЕЕВ,
журналист газеты «Республика».

 

Комментарии (0)


Противодействие коррупции



Фотогалерея
Версия для слабовидящих