голосование 2020 г
Архив новостей
понвтрсрдчетпятсубвск
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
2930     
       

Главная Общество Пищевой дозор

Пищевой дозор

12 февраля 2020

Какие продукты чаще всего фальсифицируют, почему в больницах и садиках поддельное масло можно найти чаще, чем в магазинах, чем плохи «экологически правильные» молоко и мясо и зачем российские комиссии ездят проверять сады в Беларуси – обо всем этом рассказали специалисты республиканского управления Россельхознадзора.

 Проверка вне плана

В отличие от предыдущих лет, в 2019 году специалисты Россельхознадзора в регионе провели немного плановых проверок, сделав акцент на внеплановый контроль. В целом, по словам руководителя управления Виктора Макаркина, прошло 340 мероприятий такого рода, и из них только порядка 40 – плановые.

– Плановые в основном для осуществления надзора за безопасностью крупы, которая используется для питания дошкольников и школьников. В части ветеринарного надзора и безопасности пищевой продукции – мясной, рыбной – плановых проверок не было вообще, – отметил Виктор Макаркин, пояснив, что внеплановые проверки проходят в основном по поручениям правительства России и берутся самые опасные направления.

Например, уже несколько лет под пристальным вниманием свиноводческие хозяйства и распространение их продукции, из-за того что Россия остается неблагополучной территорией по африканской чуме свиней, что наносит немалый урон и сельскому хозяйству в целом, и экономике отдельных регионов. По мнению руководителя регионального Россельхознадзора, с этой проблемой пока невозможно справиться из-за излишней либеральности в борьбе с ней.

– От момента, когда вспыхнет заболевание в хозяйстве, до того, как начнутся какие-то административные процедуры, уже проходит столько времени, что инфицированных животных успевают спрятать, вывезти в другой регион и мясо зараженное продать – потому что жадность и безответственность, – высказался Виктор Макаркин. – А когда в 1980-х годах были вспышки, за две недели задушили весь очаг.

Масло под сомнением

Как отметили специалисты Россельхознадзора, почти в ста процентах случаев внеплановые проверки заканчиваются выявлением нарушений. Иногда это чисто формальные огрехи, связанные, например, с информацией на упаковке, но немало и такого, что грозит здоровью потребителя или как минимум попахивает мошенничеством.

В зоне риска год за годом производство молока и продукции из него. И улучшения ситуации пока незаметно. В основном это касается фальсификации – в масло, творог добавляют растительные жиры.

– При этом в рознице фиксируется небольшой процент фальсификата, около пяти. А в бюджетных учреждениях – школах, детских садах, больницах и так далее – по итогам исследования проб, отобранных в 2019 году, – почти 46 процентов несоответствия требованиям. Причем бюджетные учреждения, где найден фальсификат, все одни и те же, что и в предыдущих годах, и все поставщики практически те же самые. А ведь это продукты, которые закупаются за счет государства, по госконтрактам, – подчеркнул Виктор Макаркин. – Уже который год пытаемся эту ситуацию изменить, к сожалению, не получается. Будем наблюдать, что будет в связи с введением системы «Меркурий» и прочих вещей на законодательном уровне.

В магазинах фальсификата меньше, потому что покупатель «голосует рублем». Если видит на полке огромную пачку масла за сто рублей, не берет ее, поскольку так дешево натуральный продукт стоить не может. Или берет, пробует и больше не покупает.

– В магазине у нас есть право выбора. А когда мы ребенка отводим в садик и его там кормят фальсифицированным маслом, у нас, получается, такого права выбора нет, – отметил руководитель управления. – Расскажу, как мы проводим мониторинг в бюджетных учреждениях и чем это кончается. Отбираем образцы, лаборатория устанавливает, что это фальсификат. Все максимально прозрачно, есть документы, в которых указано, кто поставщик продукции, кто производитель. Можно действовать, применять административные меры? Начинаем проверку производителя – а этого предприятия вообще не существует, по указанному адресу не молочный завод, а жилой дом или вообще нет ничего. Поставщик нашел это масло через интернет, купил, сдал в садик. Возбуждаем административное дело против поставщика, а суд говорит: «Но он же не производитель, он не знал, на этикетке же написано, что это сливочное масло». Вроде с юридической точки зрения все открыто, можно действовать. Передаем информацию в правоохранительные органы, они в возбуждении уголовного дела отказывают, потому что никто не умер, не пострадал. А то, что неэффективно потрачены бюджетные средства, видимо никого не волнует.

Охота на усача

Кроме пищевой продукции в зоне внимания Россельхознадзора еще и древесина. Поскольку она – тоже пища, но уже для разного рода вредителей. А учитывая, что из Коми продукция лесной промышленности вывозится постоянно и в солидных объемах, есть опасность, что с ней в другие регионы поедут и вредители. Да и в том, что в республике пиломатериалы и брус, используемые в строительстве, будут заражены личинками, тоже мало приятного.

– Впервые с 2019 года в нашей работе – наведение порядка в сфере лесопользования. За прошлый год мы провели 47 проверок в отношении хозяйствующих субъектов различных форм собственности, которые осуществляют заготовку, переработку, перевозку леса и все, что с этим связано, – рассказал Виктор Макаркин. – Коми – стационарно неблагополучная зона по лесным карантинным вредителям, это усачи четырех видов. Они постоянные жители нашей республики, и по большому счету они никуда не денутся, к сожалению. Поэтому у нас практически на всю республику наложен карантин, и мы предпринимаем меры. В первую очередь это сертификация вывоза леса, чтобы не допустить распространения вредителей на благополучные регионы.

В ходе проверок обнаружилось, что не все лесозаготовители ответственно относятся к чистоте своей продукции, нашлась продукция, зараженная малым и большим черным еловым усачом, черным сосновым усачом. Отдельные предприятия не обследовали места складирования и отгрузки продукции, допускали скопление и хранение древесины, в которой поселились усачи, перевозку подкарантинной продукции с территории карантинной фитосанитарной зоны без нужных документов.

«Чистая» опасность

Модный тренд последнего времени – «экологически чистые, органические» продукты от фермеров. Их производители заявляют, что ни вредных удобрений не применяют, ни лекарствами животных не пичкают и прививки им не делают, ни растения от вредителей не обрабатывают.

Руководитель управления о пользе такого рода продукции выразился весьма скептически:
– Мы получаем посредством псевдочистых фермерских продуктов основное распространение болезней. Могу с полной уверенностью сказать, что немалое количество таких мелких хозяйств, которые пользуются тем, что этот бренд на пике популярности, – основная биологическая угроза. Считают, что достаточно вывесить плакат «Выбирай мой картофель, я его ничем не обрабатываю, он самый лучший». А практика показывает иное. Или заявляют: «Мои козочки самые чистые, их молоко для деток почти как материнское». А эти козочки зачастую вдоль дорог пасутся и с травой свинец и прочие вещи, что вместе с выхлопами из машин летят, едят, поражены клещевым энцефалитом и с молоком передают этот вирус. У нас в Коми, к счастью, таких фактов не было, а по России много случаев, когда люди получали энцефалит через козье молоко.

При этом Виктор Макаркин отметил, что экологически чистой с полным правом можно считать северную оленину. При условии, конечно, что в республике и дальше будут прививать оленей, так как вакцинация – вещь необходимая, что бы ни говорили поклонники «чистого и органического». Пример Ямала, где несколько лет назад была вспышка сибирской язвы в оленеводческих хозяйствах из-за игнорирования прививок, очень показательный.

Яблоки инкогнито

В прошлом году в Коми не зафиксировано ни одного случая ввоза санкционной продукции. Но это не значит, что ее вовсе не было. Дело в том, что определить происхождение яблок, груш или другого продукта можно в первую очередь по упаковке, где указан производитель. А если эту маркировку удалили, то и «санкционкой» товар считать нельзя.

Львиная доля санкционной продукции в Россию попадала и сейчас попадает через Беларусь, где запретные товары успешно перемаркировывают, что в свое время породило анекдоты о «настоящих белорусских креветках». С ввозом такой продукции в регионы России борются с помощью специальных комиссий, которые выезжают на белорусские предприятия-экспортеры. Кирилл Савин, участвовавший в выездах, рассказал, как работают комиссии. Обычно речь идет о фруктах и овощах. Допустим, проверяется поставщик яблок. Российские специалисты проверяют его производственные мощности, оценивают сады, хранилища: сколько здесь реально могут произвести фруктов, в каких количествах складировать. Делается вывод, что то или иное предприятие никак не может поставить в Россию больше, допустим, 900 тонн яблок. И потом на таможне большее количество яблок от этого производителя в текущем году просто не допустят в страну.

А что касается «белорусской креветки», которая стала негласным символом санкционной контрабанды, Виктор Макаркин заметил, что, несмотря на всю анекдотичность ситуации, может случиться так, что белорусские креветки на самом деле появятся – сейчас этот деликатес начали активно выращивать там, где они раньше не водились. В Ленинградской области, например, уже есть креветочная ферма.

АННА ПОТЕХИНА.
 

Комментарии (0)


Противодействие коррупции



Фотогалерея
Версия для слабовидящих