Главная Общество Первый бой в первый день войны

Первый бой в первый день войны

7 октября 2020

Около народного дома д.Вездино стоит памятник павшим в Великой Отечественной войне солдатам, призванным в Красную Армию из деревень Вездино, Гобаново и Мырьерем. Список павших солдат состоит из 88-ми фамилий.

А всего на фронт в период войны из этих трёх населённых пунктов было призвано 156 мужчин и юношей. Некоторые из них к началу Великой Отечественной войны несли срочную службу в рядах Красной Армии.

В 1975 году, когда мы учились в пятом классе Вездинской восьмилетней школы, наш классный руководитель – Лия Михайловна Малафеева, перед 9 мая, как раз накануне 30-летия Победы, повела нас, десять учеников, в гости к одному из ветеранов – Александру Евдокимовичу Исакову. Он встретил нас в одной из комнат своего дома в гимнастёрке с медалями и орденами. Мы тоже были нарядно одеты: все в пионерских галстуках, мальчики в белых рубашках, девочки – в школьных платьях с фартуками.

У Александра Евдокимовича, пока он рассказывал нам о своих фронтовых дорогах, несколько раз наворачивались слёзы на глазах, а мы заворожённо, в абсолютной тишине слушали его. Жалко, что не догадались записать его рассказ, и подсказать нам об этом также никто не догадался. По истечении 45-ти лет всё, конечно, не вспомнить, но многие фрагменты услышанного настолько въелись в память, что кажется, как будто встреча эта прошла вчера.

В 1941 году Александр Исаков нёс срочную службу в одной из батарей 76 мм орудий артполка, размещённого в Гродненской области Белорусской ССР, недалеко от границы. Вечером 21 июня в батарею поступил приказ – выдвинуться к государственной границе для пресечения возможных провокаций со стороны германских вооружённых сил. На передки орудий, запряжённых в конские упряжи, уложили по два ящика со снарядами – в одном из них было четыре бронебойных, в другом четыре фугасно-осколочных снаряда.

«Офицеры артполка сказали командиру батареи, что снаряды, скорее всего, вообще не понадобятся, – вспоминал Александр Евдокимович. – Ночью выдвинулись к границе, заняли позицию на краю пшеничного поля, вдоль которой к погранзаставе шла грунтовая дорога. Окапываться приказа не поступило. Одно орудие установили прямо на дороге, второе – на краю поля. Наше и ещё одно орудие замаскировали в перелеске. Лошадей укрыли там же.

Начало светать. Послышался гул летящих самолётов. Через некоторое время со стороны пограничной заставы послышались выстрелы, пулемётные очереди, взрывы снарядов. Вскоре всё смолкло. Мы не знали, что произошло у пограничников и что вообще происходит. Послышался рёв двигателей и звуки движения тяжёлых гусеничных машин со стороны границы. Все напряглись. Тут из лощины начали выползать танки с белыми крестами на башнях. Заметив наши орудия, расположенные на дороге и краю поля, они тут же их расстреляли. И мы открыли огонь. Можно сказать, стреляли почти в упор. Наш расчёт четырьмя имевшимися у нас бронебойными снарядами подбил три танка, соседний расчёт – два. Не ожидая такого отпора, оставшиеся целыми несколько танков отошли назад, в лощину. Отошли и мы в расположение полка, где нам сказали, что началась война.

Если бы нас заранее предупредили, что может начаться война, мы бы совсем по-иному встретили врага и не понесли бы таких потерь. Мы в первом же бою потеряли два новых орудия, которых в армии было ещё совсем немного, погибли наши товарищи, которых уже было не вернуть».

Затем было длительное отступление, тяжёлые оборонительные бои в Белоруссии, под Смоленском, оборона Тулы. Затем зимнее наступление под Москвой.

Запомнилось ещё несколько фрагментов из фронтовой биографии Александра Исакова, когда он чудом остался жив.

«Зимой 1941 года под Москвой сплошного фронта не было, – продолжил воспоминания фронтовик. – И наши, и немецкие части держались возле дорог и уцелевших населённых пунктов. А наша батарея стояла на позициях, удалённых от дорог и других частей, поддерживая огнём пехотные подразделения. Как-то отправили меня в ближайший тыл за продуктами. Дорог нет, поля, перелески. Возвращался ночью, метель разыгралась. Тропинку потерял, иду, куда ноги несут, с тяжёлым вещмешком за спиной и котелками в руках. И тут в темноте замелькали тени, послышался окрик: «Стой, кто идёт!» Оказывается, возвращались с задания наши разведчики, а я в темноте уже проскочил передовую и шёл по нейтральной полосе, прямо к немцам. Объяснил разведчикам ситуацию, а они смеются: «Мы тут за языком к немцам ходим, а наш сам к ним идёт». Проводили до батареи, она оказалась им по пути. Сказали на прощание: «К немцам больше не ходи».

Вот говорят, два снаряда в одно место не падают. Оказывается – падают! Осень 1943 года. Дождь, мокрый снег. Наступление наших подразделений захлебнулось. И у нас кончились снаряды. Укрытий никаких, а тут противник ещё и артиллерийский огонь открыл. Расчёт орудия укрылся в большой воронке, из полевой кухни принесли кашу. Сидим, кушаем. И тут свист летящего снаряда и удар в стенку воронки, где мы сидели – все девять человек. Нас обрызгало грязью, но снаряд не взорвался. Мы потом со смехом вспоминали, у кого какими были лица, когда к нам в воронку залетел вражеский снаряд. Но тогда было не до смеха.

Ещё один подобный случай произошёл на Украине. Меня с товарищем отправили на рекогносцировку, выбрать удобную для стрельбы позицию, а служил я тогда уже в миномётной батарее 120 мм миномётов. Прошли село, вышли на окраину, когда налетели вражеские бомбардировщики. Укрыться негде. В поле стояла лишь огромная скирда соломы. Там и укрылись. И надо же, одна из бомб попала прямо в скирду, и не взорвалась».

Боевой путь Александра Исакова закончился в Восточной Пруссии в 1945 году. Его односельчане также воевали на разных фронтах: обороняли столицу нашей страны – город Москву, защищали Ленинград и Сталинград, дрались на Курской дуге, штурмовали Кенигсберг и Берлин, освобождали страны Европы от фашистских захватчиков.

АЛЕКСАНДР ЛЮТОЕВ. 

Комментарии (0)


Противодействие коррупции



Фотогалерея
Версия для слабовидящих