Главная Общество Чернобыль. Мы помним…

Чернобыль. Мы помним…

26 апреля 2013
Ежегодно в День памяти жертв радиационных аварий и катастроф проходит встреча руководителя администрации МР «Усть-Вымский» с участниками ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС. В этом году ликвидаторы ждут это мероприятие особенно – в районе при финансовой поддержке районной администрации выйдет в свет Книга Памяти участников ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС, проживающих или проживавших на территории Усть-Вымского района. 
    
 
В течение 2012 года шла работа над созданием материалов, которые войдут в Книгу Памяти. В книге собраны материалы о 130 участниках тех событий. 11 человек из них сегодня проживают за пределами района, республики и даже за пределами Российской Федерации. Из них 61 человек уже ушел из жизни в период с 1986 года по 2012 годы.
 
Во время работы над Книгой Памяти были собраны воспоминания о тех событиях у 27 участников ликвидации аварии в Чернобыле.
 
Сегодня мы представляем вашему вниманию рассказы чернобыльцев, наших земляков, Олега Евгеньевича Межогских и Эдуарда Эдуардовича Мартын о тяжелых буднях первой осени после трагедии. Их воспоминания о Чернобыле так свежи, словно и не минуло с тех пор 27 лет.
 
*** Из письма Олега Евгеньевича Межогских, участника ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС в период с 26 октября 1986-го по 21 января 1987 года.
 
«До отправления в Чернобыль я работал водителем в ОППИ-34 п.Жешарт. Получив в октябре 1986 года повестку, я прибыл в военкомат с.Айкино. Меня и всех прибывших направили на сборный пункт, затем в г.Златоуст, где формировался пункт химической защиты. Оттуда поездом нас отправили к месту аварии.
 
В тридцатикилометровой зоне полк, в котором я служил, занимался очисткой территории от старых построек. Вокруг населенных пунктов стоял рыжий сосновый лес – таким его сделала радиация. Населенные пункты украшали яблоневые сады, но яблоки на них весели нетронутые.
Впечатлили нас тогда доброжелательность и радушие местных жителей. При встрече они первыми приветствовали людей в военной форме.
 
В декабре, когда выпал снег, нам объявили, что едем в Чернобыль на саму атомную станцию. Погрузка на машины  - и в путь! Пересекли невидимую границу Белоруссии с Украиной, остались позади деревянные домишки белорусов с соломенными крышами. На пароме переправились через широкую, нескованную льдом реку Припять. И вот мы в Чернобыле. Городишко небольшой, со старыми деревянными зданиями, тогда казался вымершим, как во время чумы. Здание АЭС огромное, три энергоблока на месте, а у четвертого – бетонные крышу и стены взрывом отбросило на сотни метров по воздуху, как пробку от шампанского. Нас провели по огромным залам станции, раздали респираторы и объяснили задачу - сбросить с кровли третьего энергоблока графитовые обломки реактора вниз – туда, где находился четвертый энергоблок (саркофага тогда еще не было).
 
- Задача ясна? – спросил полковник на построении у АЭС. - Кто отказывается подниматься на кровлю - шаг вперед!
 
Ряды полка остались неподвижными.
 
Перед всходом на крышу, надели защитную одежду: резиновая куртка в палец толщиной, а на нее - свинцовая рубашка, на брюки - свинцовые трусы, на голову - обыкновенная черная шапочка. Общий вес одежды около двух пудов.
 
- На крышу выпускали по три-четыре человека. Я всходил на крышу со своими земляками - Петром Подоскиным из п.Жешарт и ныне покойным Василием Отевым из с.Студенец. Нам выдали по два дозиметра – один герметичный, другой напоминал обычный градусник – открытый. Дана команда – и мы на крыше. Бежим друг за другом. Крыша ярусная, подъем с одного яруса на другой сделан из широких досчатых трапов. Подъемы покатые, их длина, примерно, восемь метров, поперек прибиты деревянные бруски, бежать тяжело. Два-три таких подъема - и мы на месте. Лопатами сгребли графитовые обломки и погрузили в корыто. Затем это корыто за веревки тащили к краю крыши и сбрасывали вниз мусор.
 
Опрокидывая корыто, я посмотрел вниз. Моим глазам предстала ужасная картина: от четвертого энергоблока станции ничего не осталось, все было перемолото, раздроблено, искорежено. Я в страхе отшатнулся. Мелькнула мысль – только бы не закружилась голова и не упасть в этот ад!
Погрузка и сбрасывание продолжались. И опять, не удержавшись, я еще раз взглянул вниз… Сам не понимаю, зачем я это сделал? Наконец, прогремела сирена, и мы побежали назад к люку. Офицеры проверили наши дозиметры. Шкала показывала 20 рентген или БЭР. И это за время нахождения у трубы АЭС во время работы в течение 1 минуты!
 
Одежда под защитным костюмом на нас была насквозь мокрой от пота. После всхода на крышу нас сразу отправили в душевой зал и переодели в чистое. Днем я чувствовал легкое недомогание, а ночью меня пронзила ужасная ноющая и режущая боль по всему телу. Не было сил пойти в санчасть и позвать на помощь. К утру боль утихла. После завтрака сходил к врачу. От работ освободили. В полевом госпитале на специальном счетчике проверили, сколько рентген нахватал. Специальная машина считывала с организма, сколько в нем содержится стронция и цезия. Показания сейчас уже не помню, ведь справок на руки тогда никто не выдавал.
Новый 1987 год встречали с наряженной сосной и ждали отправку.
 
Приехав домой, понял, что теряю память. Забыл имена многих хороших знакомых, силился вспомнить – не получалось, даже не помнил год, в котором живу. Только со временем память нормализовалась.
 
Сегодня я проживаю в Челябинской области г.Куса. Хочется съездить в родные края, навестить родственников, но пенсия – кошкины слезы.
 
Буду ждать выпуска книги памяти о тех людях, которые боролись в те дни с радиацией…»
   
*** Из письма Мартын Эдуарда Эдуардовича, участника ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС в период с 20 января 1986-го по 11 марта 1987 года.
 
«10 ноября 1986 года мне вручили повестку. В военкомате нам сообщили, что отправляют нас на ликвидацию последствий аварии на Чернобыльской АЭС. В то время я проживал в Усть-Вымском районе в п.Илья-Шор. Провожали меня на службу жена и двое сыновей 8 и 5 лет.
Со станции Микунь нас отправили в Княжпогост, оттуда - на сборный пункт Чебаркуль. Там нам выдали военную форму, сухой паек на сутки и повезли на поезде в г.Златоуст. В г.Златоусте нас обучали пользованию химическими реагентами. После учебы расформировали по частям и отправили в тридцатикилометровую зону аварии.
 
Приехав на станцию, перед нами предстало неприятное зрелище: пустые дома, выбитые окна, голые деревья, рыжие сосны.
 
Наша работа заключалась в уборке мусора на территории населенных пунктов, дезактивации помещений, бетонировании. Раз в день в течение 30 минут в специальной форме, в перчатках протирали тряпкой металлические части в машинном отсеке.
 
Домой я вернулся в марте 1987 года.
 
За участие в ликвидации последствий радиационной катастрофы имею Орден «Мужества».
 
После Чернобыля в декабре 1987 года у нас родилась дочь. В 1993 году мы переехали в Усть-Цилемский район. Сейчас мы с женой на пенсии, помогаем воспитывать 4 внучек и 1 внука. В 2011 году в Администрации Усть-Цилемского района получил субсидию на приобретение жилья. Теперь у нас свой большой дом в с.Усть-Цильма».
 
Всего в ликвидации последствий чернобыльской аварии приняли участие 600 тысяч граждан Российской Федерации, из них около 2 тысяч – это жители Республики Коми. Каждый из них внес свой вклад в эту борьбу с непокорным и беспощадным врагом, своей грудью прикрывая распространение радиации вглубь страны. Память об их подвиге должны сохранить мы – их дети и внуки.
 
Ирина Тырина, заведующая организационно-методическим отделением ГБУ РК «ЦСЗН Усть-Вымского района».
 
На снимке: на ликвидации аварии - Олег Евгеньевич Межогских крайний слева.
    
    

Комментарии (0)


Противодействие коррупции



Фотогалерея
Версия для слабовидящих